мзима для воспитания будущего псиона клана.
— Это я понял, а как они здесь оказались?
— Придёт в себя, выясним. Скорей всего, прихоть скучающего отпрыска, а мзим, как его воспитатель, полетел вместе с ним.
— Ты его хорошо приложил?
— Хорошо, и ему Док добавила. Он долго сейчас не придёт в себя.
— Сейчас принесу спецсредство для таких, как он.
Он ушёл на флаер и скоро вернулся с белым ошейником и застегнул его у него на шее.
— Теперь он больше не опасен.
Здесь я понял, что это спецсредство оказалось совсем непросто так у них на борту, и предназначалось оно мне. Вскоре Лара с пилотами истребителей пришли в себя. Встали с пола и подошли к нам.
— Алекс, что это было? — спросила Лара.
— Вон тот аварский поганец нас атаковал.
— Откуда он здесь взялся?
— Эта штука оказалась спасательной капсулой. Удивительно, что я его не почувствовал раньше. Видимо, внутри сделаны специальные экраны.
— Это он тебя?
— Да. Решил откусить от меня кусок. Вцепился как клещ и не хотел отпускать.
— Сегодня не ваш день, командующий.
— Без меня вы бы с ним не справились, не говоря о мзиме. Так что можете считать, что вам сильно повезло сегодня.
— Готово, — сказала Риз.
Посмотрел на левую руку. Вся рука теперь была заклеена медицинской лентой.
— Лара, дроидом проверь капсулу, может, он внутри не один находился.
— Сейчас.
Абордажники вытащили аварца полностью из капсулы, и внутрь отправился технический дроид. Капсула оказалась пустой и однозначно была рассчитана на одного разумного. На борту был установлен пищевой синтезатор и синтезатор воды. В этой капсуле можно было жить длительное время, если требовалось. Этот аварец уже пришёл в себя и как затравленный зверёк сидел на полу и наблюдал, что делают остальные вокруг. Многие не могли прийти в себя после пси атаки. Риз помогала им. Решив, что мне пора, покинул лётную палубу. С трудом дойдя до каюты, снял комбинезон и посмотрел ранения на ноге. И когда этот мзим сумел двинуть по ноге? Видимо, он сумел меня достать, когда я его пнул. Опасный противник, я бы даже сказал, что очень опасный. Только заснул, как начала звенеть нейросеть. Сообщая, что у меня важный вызов. Пришлось ответить. Это снова оказался командующий флотами.
— Что надумал? — спросил он.
— Я только что допрашивал пленных.
— Только что ты гонялся за Молнией, а потом сражался с мзимом. Скажи, у тебя абордажники с пилотами на флоте закончились?
— Не заканчивались как одни, так и другие
— Тогда почему ты за них выполняешь их работу?
— Так получилось. Абордажники и пилоты были со мной, но им не удалось справиться с мзимом.
— У командующего объединёнными флотами стоят другие задачи. Тебе не для этого предоставил полномочия император. Каждый должен выполнять свою работу.
— Они бы все погибли, а мне совсем не нравятся глупые потери.
— Хорошо, что всё так закончилось.
— Согласен.
— Так что надумал?
— Допрос военнопленных однозначно показывает, что если ещё и есть линкоры у противника, то совсем в небольшом количестве. Значит, он не может в ближайшие дни нанести удар по нашим базам. У него недостаточно других кораблей, чтобы уничтожить защиту станций.
— Думаешь, это надёжные данные? Военнопленные могли и наврать.
— Не мне, я всегда знаю, когда мне врут. Нет у них сил для удара. Однако меня смущает имперская эскадра, прилетавшая на базу флота.
— Вот видишь, а говоришь нечем.
— Её видели недалеко от базы шестого флота авара, и она не представляет угрозы.
— Очень большая ошибка! Там самые лучшие линкоры и экипажи.
— У неё другие задачи. Она охраняет брата императора.
— Думаешь, он здесь?
— Думаю, это его игры, и он хочет стать императором.
— Ты делаешь большую ошибку.
— Не думаю.
— Отпусти хотя бы седьмой флот.
— Если я его отпущу, аварцы сразу меня атакуют.
— Отобьёшься.
— С таким балластом?
— У тебя достаточно сил.
— Могу отправить, но через два дня — не раньше. Мне нужно согласовать этот вопрос с моим командованием, а оно появится не раньше, чем через два дня.
— Через два дня будет поздно.
— Эти два дня седьмой флот будет находиться здесь!
— Жаль, много хороших парней погибнет.
— Я так не думаю.
— Ладно, что мог, то я сделал.
Весь сон у меня пропал. Может, всё-таки он прав. Просмотрел данные разведки, но ей было ещё три дня лететь в интересующие меня системы. У шахтёров и в соседней системе был полный порядок. Абордажники станции, оставленные в шахтёрской системе, закончили зачищать линкоры и перелетели в соседнюю систему и приступили к зачистке пиратских кораблей там. Всё спокойно как в одной системе, так и в другой. Была непонятная активность около станции, находившейся в этих системах, но чем она вызвана, было неясно. Я прислушался к пси, но оно молчало. Решив, что я на правильном пути, оставил всё как есть.
Следующие два дня я занимался у себя в каюте взломом искинов, которые мне предоставила имперская служба безопасности. Командующий седьмым флотом начал небольшими партиями по пять кораблей отправлять захваченные корабли в сопровождении крейсеров. Каждая пятёрка летела на базу разными маршрутами, которые мы с ним разработали. На третий день ко мне в каюту завалился начальник имперской безопасности.
— Что у тебя происходит? — было первое, что он спросил.
— Отправляем партиями трофеи на базу восьмого флота.
— Что так долго?
— Есть подозрение, что аварцы рядом.
— Откуда?
— Остатки их регулярного флота. Тебя давно ищет командующий флотами.
— Зачем?
— Пообщаться.
Он ушёл к себе на фрегат и долго отсутствовал. Вернулся он сильно озадаченный.
— Почему ты считаешь, что не стоит возвращаться на базу флота?
— Нет у аварцев сил, чтобы напасть на неё. Могли бы напасть, уже бы напали.
— Искин оценивает вероятность того, что аварцы нападут в пятьдесят семь процентов.
— Они не станут нападать, пока все трофейные корабли отсюда не окажутся на базе флота. По-другому нападение не имеет смысла.
Кроме того, у них сейчас нет сил, чтобы напасть. Аварцам нужно время, чтобы подтянуть сюда новые корабли.
— Что ты предлагаешь?
— Нанести упреждающий удар и захватить базу шестого флота авара, у нас для этого всё есть.
— Ты что,
